Конец света как наступил, так и закончился. В долгосрочной перспективе он ничего особо не изменил. Почту по-прежнему надо доставлять. Хари подписала отчет за вчерашний день, выверила даты по календарю и, с минуту посозерцав свою подпись, закрыла ручку колпачком. Поигрывая ручкой, она отвела взгляд от бумаг и встретилась с бесцветными глазами Главного. — Ну, и что <i>такого</i> на сей раз? Он пожал плечами и, повернув к себе планшет, стал проверять, правильно ли заполнены бумаги. Хари это не волновало — она не делает ошибок. — А что должно быть особенного? — Просто ты проявляешь щедрость только в исключительных случаях. Главный поставил на стойку металлический теплоизолированный ящик и сообщил: — Вот это надо доставить в Сакраменто в течение 8 часов. — Что это такое? — фыркнула Хари. — Медицинские препараты. Культуры стволовых клеток зародыша. В контейнере с контролируемой атмосферой. Им нельзя перегреваться и переохлаждаться. Согласно некой загадочной формуле они могут жить в данном конкретном объеме питательной среды лишь определенное время, и заказчик платит кругленькую сумму, чтобы к восемнадцати ноль-ноль они оказались в Калифорнии. — А сейчас уже почти десять… И что значит «перегреваться»? Хари приподняла ящик — он оказался легче, чем она думала. Без проблем влезет в багажную сумку на байке. — Это значит, хоть на полградуса теплее, чем сейчас, — ответил Главный и вытер лоб. — Ну что, возьмешься? — За восемь часов? Из Феникса в Сакраменто? — Хари откинулась и посмотрела на солнце. — Придется ехать через Вегас. По Калифорнии теперь особенно быстро не разъездишься — после того толчка дороги никуда не годятся. — Мне больше некого послать. Быстрее всего получится через Рино. — Да, но заправки заканчиваются еще на этой стороне дамбы, и до Тонопы ни одной станции не будет. Там мне не поможет даже курьерская карточка… — В Боулдере есть КПП. Они тебя заправят. — Военные? — Я же сказал, что клиент хорошо платит, — Главный пожал плечами. Рубашка на нем уже намокла от пота. Да, денек будет жаркий. В Фениксе столбик термометра наверняка подберется к полтиннику. По крайней мере, посылают на север. — Я поеду, — сказала она и протянула руку за квитанцией. — Забрать что-нибудь в Рино? — Ты же знаешь, что говорят про Рино? — Да, оттуда так близко до ада, что даже огни видать, — хотя речь всего лишь о ближайшем городе, Спарксе*. — Вот именно. В Рино тебе нечего делать. Проезжай и не останавливайся, — сказал Главный. — Что бы ни случилось, не тормози в Вегасе. Эстакада разрушена, но тебя это не касается, разве что обломки окажутся на дороге. До самого Фаллона держись 95-й, по ней доедешь спокойно. — Ладно, — не обращая внимания на болезненную гримасу Главного, Хари подхватила контейнер на плечо. — Когда буду в Сакраменто, свяжусь по радио… —Дай телеграмму, — ответил Главный. — На таком расстоянии радиосигнал будет паршивый. —Ладно, — снова сказала Хари и повернулась к выходу. Дверь была распахнута, и за ней ее ждал Кавасаки-Конкурс, еще довоенной модели. Он притаился у разбитого бордюра подобно огромной непоседливой кошке. Может, и не самый раскрасивый байк, но зато не подведет в пути. Если, конечно, какой-нибудь нагрузившийся урод не зацепит на парковке. — Хари! — Что? — она сбавила ход, но не обернулась. — Если встретишь на пути Будду, убей его. Она оглянулась. Пряди волос упали на перекинутый через плечо ремень от контейнера, на витые шнуры ее кожаной куртки. — А если я встречу дьявола? * Здесь используется игра слов: англ. слово «Sparks» обозначает американский город Спаркс, соседствующий с Рино, а также переводится как «искры», «огоньки».