Конец света наступил,… переступил и дальше пошел - ничего страшного. В сущности, все осталось на своих местах. Пришло время отправлять почту. Харриет подписала все необходимые на сегодня документы, тщательно сверяясь по календарю, чтоб ни один не забыть, и отложила ручку. Задумчиво взвесив монеты на ладони, с недоумением взглянула в блеклые глаза Диспэтча: - Особое поручение? В ответ диспетчер только пожал плечами, притянул к себе готовые документы и принялся скрупулезно проверять. Ошибок в документах Харриет не допускала никогда, беспокоило ее совсем другое: - Так особое или нет? Не удержалась, ответила сама себе: - Точно что-то необычное, ты мне даже заплатил, - и усмехнулась, глядя, как тщедушный Пэтч затаскивает на стол тяжелую посылку: герметичный стальной контейнер. - Через 8 часов контейнер должен быть в Сакраменто. - А что в нем? - Лекарство - эмбриональные стволовые клетки. Внутри климат-контроль поддерживает необходимую температуру, вычисленную по какой-то мудреной формуле специально для посылки: если будет слишком жарко или холодно, клетки погибнут. Но, судя по всему, в контейнере они долго не протянут - заказчик выложил немалую сумму, чтобы к шести вечера клетки оказались в Калифорнии. - А сейчас почти... нет, не почти, уже ровно десять, - зачастила Харриет, – что значит слишком холодно или жарко? - и приподняла контейнер: выглядел он гораздо тяжелее, чем оказался на самом деле; да и в велорюкзак, похоже, поместится. - Жарче, чем сейчас, - вытер пот со лба Диспэтч. – Успеешь? - За восемь часов? Из Финикса в Сакраменто? - Пытаясь спрятаться от немилосердных солнечных лучей, Харриет откинулась на спинку стула. – Конец света положил конец дорогам Калифорнии, - невесело скаламбурила, – по ним теперь не разгонишься. Придется ехать через Вегас, даст бог, успею. - Надеюсь на тебя. И поезжай-ка ты прямо на Рино, не заезжая в Вегас, быстрее будет. - Не выйдет - по эту сторону плотины до самого Тонопа ни одной заправки, удостоверение курьера все двери открывает, но делать бензин из воздуха… - Заправишься в Боулдер-Сити, на военном контрольно-пропускном пункте. - По безумной цене?! - Столько денег получили, можно и раскошелиться, - пожал плечами диспетчер и почувствовал, как по ним стекает пот. Если дело так и дальше пойдет, решил он, сегодня жара зашкалит за 120* градусов. Хотя капризным эмбрионам на север, так что все равно. - Рино так Рино, - согласилась Харриет, собираясь забрать посылку. – Может, заодно им почту завезти? - Слыхала, что об этом городе говорят? - Ну, разумеется. Горит в геенне огненной, и Искры разлетаются. (Искры – крупнейший пригород Рино.) - А скажут, что сгорела на работе, - пошутил Пэтч. – Не останавливайся в Рино, время поджимает. Про Вегас вообще забудь, - добавил на всякий случай, - там от эстакады одни воспоминания остались. Придерживайся 95-го шоссе до самого Фаллона, иначе неприятностей не оберешься. - Убедил, - и закинула рюкзак с контейнером за плечи, притворившись, что не заметила, как Пэтч при этом невольно вздрогнул. – Как только приеду в Сакраменто, сразу передам по радиостанции… - Телеграфом, - перебивая, возразил диспетчер, - так надежнее. - Убедил, - повторила Харриет и направилась к распахнутой настежь двери. Мотоцикл Kawasaki покорно прогнулся под двойной тяжестью, просто затаился, сказала бы Харриет, и выжидает момент, чтобы сбросить узду как норовистый конь. "Конь", пережив войну, превратился в старую рухлядь, но выбирать не приходилось. Надеюсь, ты не свалишься в ближайшую канаву, маленький мерзавец, подумала она. - Харриет, - окликнул Пэтч. - Что? – бросила, не оборачиваясь. - Встретишь Будду, убей его. Харриет оглянулась-таки, непослушные пряди тут же запутались в лямках рюкзака и рассыпались по плечам: - А если дьявола? *120 градусов по Фаренгейту (примерно 49 градусов по Цельсию)