Конец света как пришел, так и ушел. Оказалось, что это, в конце концов, не так уж и много значило. Письмо всё еще не было получено. Харри подписала вчерашние бумаги, сверила числа с календарём, на миг задержала взгляд на своей подписи, и надела колпачок на ручку. Взвесив её металл на ладони, она взглянула в бесцветные глаза Пача. — Что скажешь насчет этой поездки? Он пожал плечами, крутанул к себе планшет и начал проверять каждый лист, дабы убедиться, что она ничего не напутала. Харри спокойно наблюдала. Она никогда не ошибалась. — А почему в ней должно быть что-то особое? — Ты мне платишь не за красивые глаза, Пач. Она усмехнулась, когда он поднял на стол стальной, покрытый изоляцией, кейс. — Это должно быть в Сакраменто через восемь часов. — Что это? — Медицина. Культуры стволовых клеток. В термозащитном отсеке. Они боятся сильной жары и сильного холода. Там какая-то заумная формула, сколько они могут протянуть в данном количестве питательной среды. Покупатель щедро заплатил, чтобы получить их в Калифорнии через восемнадцать часов. — Уже прошло почти десять… — Насколько сильной жары и холода? Харри подкинула кейс. Он оказался легче, чем выглядел. Ну что же, он легко уместится в седельной сумке её мотоцикла. — Жарче, чем сейчас, — сказал Пач, утирая пот со лба. — Сделаешь? — Восемь часов? Из Феникса в Сакраменто? — Харри выгнулась, чтобы взглянуть на солнце. — Придётся через Вегас. Калифорнийские дороги теперь не очень годятся для таких скоростей. — Не хотелось бы слать кого-то другого. Самое быстрое – через Рино. — С этой стороны дамбы до Тонопы бензина не найти. Там даже моя курьерская карта не поможет. — В Боулдер-сити – пропускной пункт, там заправишься. — Военные? — Я же сказал, что заплатили очень хорошо, — он пожал плечами, которые уже блестели от пота. Будет жарко. Харри прикинула, что в Фениксе будет все сто двадцать. Ну, по крайней мере, ей на север. — Сделаю, — сказала она, протягивая руку за накладной. — В Рино ничего не нужно захватить? — Знаешь, что говорят о Рино? — Да. Так близко к аду, что искры видно. — Верно. Тебе ничего не нужно в Рино. Проезжай прямиком, не тормозя. И не останавливайся в Вегасе, что бы там ни было. Путепровод ни к чёрту, но, если не в обломках, то проедешь. Оставайся на девяносто пятой прямо до Фолна, а там видно будет. — Ладно, — она закинула ремень кейса на плечо, притворно не заметив, как сморщился Пач. — Буду в Сакраменто, радирую… — Телеграммой. Всё равно из-за помех не достанет. — Ладно, — повторила она, разворачиваясь к распёртой двери. Её довоенный Кавасаки-Конкур пригнулся у раскрошившегося бордюра подобно огромному, неугомонному коту. Не самый красивый, но домчит куда надо. Если только ты не раздолбала этого тяжеленного сукиного сына о парковочный карман. — Харри … — Что? — она остановилась, но не стала оборачиваться. — Встретишь Будду, убей Будду. Обернувшись, она сверкнула взглядом. Пряди её волос раскинулись по ремню кейса и плечам кожанки. — А если встречу Дьявола?