Два ярда дракона (из рассказа Лайона Спрэг де Кампа) Эвдорик Дамбертсон, эсквайр, возвращался верхом со свидания с Лусиной, дочерью чародея Балдония, с лицом, вытянувшимся как хобот олифанта. Отец Эвдорика, сэр Дамберт, спросил его: – Ну как завершилась твоя поездка? Неважно, да? – Я... – начал Эвдорик. – Я ведь говорил тебе - дурацкая это затея! Я был прав? А ведь у барона Эммерхарда больше дочерей, чем он может сосчитать, да ещё и в приданое каждой из них дают жирный кусок земли. Так почему ж ты отнекивался? – Я... – сказал Эвдорик. – Давай, парень, продолжай! – Да как ему говорить, коли ты всё время мелешь? – вмешалась мать Эвдорика, леди Энисет. – О, прости, сын, – опомнился сэр Дамберт. – Вместе с тем и при всём при этом, как я тебе говорил, будь ты зятем Эммерхарда, он бы использовал свои связи, чтобы добыть тебе титул. Посмотри на себя - здоровый двадцатитрёхлетний молодец, а всё ещё не рыцарь. Какой позор для нашего рода! – Войны в последнее время стихли, нет возможности завоевать себе рыцарство подвигами. – Твоя правда. Само собой, мы возносим молитвы за мир, который мудрое правление сюзерена нашего императора принесло нам на эти тридцать лет. Но чтобы совершить поступок, достойный звания рыцаря, молодые вынуждены разгонять придорожных бандитов, подавлять бунтовщиков и заниматься другой ерундой. Воспользовавшись паузой, Эвдорик вставил: – Отец, похоже, нашлось решение этой проблемы. – Что ты имеешь в виду? – Если бы вы выслушали меня, отец! Перед тем, как выдать за меня свою дочь, доктор Балдоний дал задание, которое может принести мне титул. – Какое задание? – Он бы хотел получить два квадратных ярда драконьей шкуры. Сказал, что она нужна ему для волшебных представлений. – Но в наших краях уже больше века нет драконов! – Это правда. Зато, по словам Балдония, огромными рептилиями всё ещё изобилуют земли далеко на востоке, Патения и Панторозия. Поэтому он дал мне рекомендательное письмо к своему коллеге, доктору Распидусу из Патении. – Как? – воскликнула леди Энисет. – Чтобы я отпустила тебя чуть ли не на год в незнакомые края, где, говорят, у людей только одна нога или лица прямо на животах? Ни за что! К тому же, пусть Балдоний и близок к барону Эммерхарду, но кровей он совсем не благородных. – А кто был благородных кровей, когда Святая Двоица создала вселенную? – возразил Эвдорик. – Основатели нашего рода были, я уверена! Не знаю, что там насчёт предков учёного доктора Балдония. Вы, молодые, всегда полны идеалистических убеждений. Там ведь можно и в ересь впасть - вот я слышала, что у восточных народов неправильная вера. Они ошибочно считают, что Бог един, а не двойственен, как мы на самом деле знаем. – Не будем вдаваться в тонкости богословия, – сказал сэр Дамберт в раздумье, подперев подбородок кулаком. – Язычники южане считают, что Бог троичен, а это ещё более опасно, чем вера наших восточных соседей. – Если я встречу Бога в своих путешествиях, я спрошу у него правду, – ответил Эвдорик. – Не святотатствуй, нахальный щенок! Всё же, несмотря на своё скромное происхождение, доктор Балдоний имеет влияние и был бы для нашего рода полезным человеком. Сдаётся мне, я смог бы уговорить его прочесть заклинания для хорошего урожая, прироста скота и крепостных, да и наслать чуму и ящур на моих врагов, вроде того же Рейнмара. Сколько у нас было тяжёлых лет? Господь и Госпожа наши знают – нам нужна вся магическая помощь, чтобы спасти нас от нужды. Иначе в один прекрасный день мы проснёмся и увидим, что всё наше имущество в руках какого-нибудь пронырливого торгаша с купленным титулом, пером вместо копья и гроссбухом вместо щита. – Значит, я могу ехать, отец? – воскликнул Эвдорик, и широкая улыбка расплылась на его решительном загорелом лице.