Два ярда драконьей шкуры. (отрывок из рассказа Лиона Спрэг де Кампа). Эвдорик Дэмбертсон, эсквайр, возвращался после сватовства к Люсине, дочери колдуна Балдониуса, словно с панихиды. Отец его, сэр Дэмберт, осведомился: - Ну, как успехи, сын? Поди, неважно? - Я, - начал было Эвдорик. - А разве я не предупреждал тебя, что из этой ослиной затеи ничего не выйдет? И не вышло! А у Барона Эммерхарда дочерей – женись, не хочу, - и каждая непременно отхватит клочок земли в приданое. Что ж ты молчишь? - Я, - снова открыл рот Эвдорик. - Ну же, отвечай! - Да где уж ему ответить, когда ты слова вставить не даешь? – вмешалась мать Эвдорика, Леди Энисет. - О, прошу прощения, мой мальчик. Только я тебе так скажу. Будь ты зятем Эммерхарда, он бы непременно употребил все свое влияние, чтобы произвести тебя в рыцари. Посмотри на себя: здоровый детина двадцати трех лет от роду, и до сих пор оруженосец. Позор для нашего рода. - Рыцарскую доблесть можно проявить в бою, а когда мы воевали в последний раз? - отозвался Эвдорик. - Что верно, то верно. Благодаря мудрому правлению нашего императора мы уже тринадцать лет живем в мире и спокойствии. Однако же для того, чтобы стать рыцарем, и нужен-то какой-нибудь пустяк: подловить бандитов или разогнать мятежников. Сэр Дэмберт замолчал, и Эвдорик поспешил воспользоваться возникшей паузой. – Сэр, у проблемы, кажется, наметилось решение. - О чем ты? - Только послушайте, отец! Доктор Балдониус выдаст за меня дочь, но прежде я должен выполнить его поручение. Да такое, что рыцарское звание, считайте, у меня в кармане. -Ну-ка, ну-ка? - Балдониусу понадобились два ярда драконьей шкуры. Для каких-то своих шаманских штучек. - Да в наших краях драконов не видели лет сто! - Это так, но старик говорит, что восточнее, в землях Патении и Панторозии, мерзкие рептилии еще не перевелись. Колдун соблаговолил дать мне рекомендательное письмо для своего коллеги в Патении, Доктора Распиудуса. - Что? – вскричала Леди Энисет.- Отправиться в долгий путь в края, где, как ходит молва, живут одноногие люди с лицами на брюхе? Ну, уж нет! Балдониус, может, и личный чародей Барона Эммерхарда, но от этого кровь его не приобрела голубой оттенок. - Ну, - сказал Эвдорик, - когда Святая Пара создавала людей, не разбирались, кто благородный, кто нет. - Не знаю насчет ученого Доктора Балдониуса, но наши-то предки уж точно были благородных кровей. Вы, молодежь, полны идеалистических заблуждений. Как бы ты еще не набрался всякой ереси: я слышала, что у вастаков нет настоящей религии. Они ошибочно полагают, что Бог един. Но мы-то точно знаем, что Бог – это Святая Пара. - Давайте не будем углубляться в дебри теологии, - упершись подбородком в кулак, молвил сэр Дэмберт. – Уж если на то пошло, южане-язычники вообще полагают, что Бог – троица, а это еще более пагубное мнение, чем религия вастаков. - При встрече я спрошу у Бога правду, - сказал Эвдорик. - Не святотатствуй, дерзкий щенок! Как бы там ни было, у Доктора Балдониуса должно быть имелся влиятельный предок, не так уж он прост. И вообще, думаю, мы бы с ним поладили: поворожит – и урожай богатый, стада тучные, подданные сытые. А на врагов, вроде этого труса Рейнмара, - порчу! Забудем про плохие времена! Бог и Богиня знают, что нам пригодится любая помощь, чтобы выбраться из нищеты. А то в один прекрасный день проснемся и обнаружим, что все наше имущество отошло грязному лавочнику с купленным титулом, пером вместо копья и учетным листком вместо щита. - Так значит, вы благословляете меня, отец! – воскликнул Эвдорик, и его смуглое юное лицо озарила широкая улыбка.