Дочери Скатах, в ком нашли приют и мудрость, и красота, одаривали нас заботой и нежностью, и сладчайшими минутами оборачивалось само лишь присутствие среди их сияния. Долгие дни, что проводили мы в зале, проходили в приятных занятиях. От Гвенллиан учился я понемногу играть на арфе, и много счастливых часов провел я за рисованием на вощеных дощечках с Гован. Но отраднее всего были мне партии в гвиддбвилл (1) с Геовин. Что могу я поведать о дочерях Скатах? В моих глазах красотой затмевали они самый чудесный летний день. Легкость, с которой олень резвится на полянах в высотах гор, не отражает грации их движений. Долины Ски, где тени были глубокого зеленого цвета, хранили в себе меньше тайн, и каждая из девушек притягивала, влекла и очаровывала. Геовин и ее длинные пряди волос мягкого светлого оттенка, заплетенные, как и у матери, в десятки тончайших кос, каждая из которых заканчивалась искусно изготовленным золотым колокольчиком. Движения ее сопровождались еле слышимой прекрасной музыкой. Гладкий царственный лоб и тонкий прямой нос являли миру благородное происхождение. Извечная скрытая улыбка, придавая округлый изгиб роскошным линиям рта, вещала о потаенной чувственности. А в карих глазах, казалось, непрестанно обитал намек на смех, ― будто все картины, сменявшиеся перед ее взором, являлись в мир для того лишь, чтобы служить ей развлечением. Очень скоро стал я расценивать время, что проводили мы вместе – голова к голове – за деревянной игральной доской у нас на коленях, как дар Создателя в безмерной щедрости Его. И Гован, смешливая и проницательная, с синими, как у матери, глазами, скрытыми в тени темных ресниц. Кожа ее отличалась смуглостью, напоминая ягоды, опаленные солнцем, а волосы отливали темной медью. Своей сильной и выразительной фигурой она походила на танцовщицу. В те редкие дни, когда солнце расцвечивало небо кратким, а оттого еще более ослепительным, сиянием, мы с Гован запрыгивали на коней и пускали их вдоль пляжа, что расстилался под крепостью. Свежий ветер щипал щеки и усеивал одежды брызгами океанской пены, лошади с плеском разбивали волны, белизной накатывающиеся на гальку, а мы все мчались наперегонки: Гован верхом на серой кобыле, быстрой словно чайка, что ныряет за добычей в море, и я – на стремительном гнедо-чалом жеребце. Мы летели над развалами камней и обломками, выброшенными океаном на берег, пока у нас не перехватывало дыхание. Бывало, мы ездили в дальний конец залива, где огромные скалы утеса отвесно уходили в море. Тогда мы разворачивали коней и неслись стремглав до мыса, лежащего в противоположной стороне, чтобы там спешиться и дать лошадям отдых. Пар шел от их пенящихся боков, растворяясь в прохладно-зябком воздухе, а мы ступали по скользким от моря камням, и легкие наши горели от соленой сырости вокруг. Я ощущал бег горячей крови по венам, холод ветра на коже, чувствовал покорную руку Гован в своей руке, и биение жизни, подгоняемое касанием Дагда. Дагда - Добрый Бог, которого также называли Быстрая Верная Рука, за бесконечность проявлений Его ипостаси творца и вечно-пылающее стремление помогать всему, что ощутило касание Его на себе. Об этом загадочном кельтском божестве, как и о множестве других в пантеоне, я узнал от Гвенллиан. Она была банфилид (2). Обворожительная Гвенллиан с темно-рыжими волосами и сверкающими изумрудными глазами. Чарующая Гвенллиан с молочной кожей, на которой румянцем проступали щеки и губы, будто оттененные пурпуром цветков наперстянки. Каждая линия в ней – от изгиба шеи до подъема ступни – лучилась грациозностью. Еженощно Гвенллиан искусными пальцами выплетала на арфе мерцающую канву магии и пела безвременные песни Альбиона о Ллире и несчастных детях его, об изменчивой Блодуэдд и ее гнусном предательстве, о Пуйле и возлюбленной его Рианнон, о прекрасной Аранрод и таинственном Матонви, и Бране Благословенном, и Манавиддане, и Гвидионе, и Придери, и Дилане, и Эпоне, и Дон… и обо всех других. (1) Гвиддбвилл (ирландский вариант произношения – «фидхелл»), gwyddbwyll – валлийская игра, напоминающая современные шахматы, разыгрываемая на деревянной доске, поделенной на квадраты. (2) Банфилид (Banfilidh) – производное слово от «филид» (Filidh) – кельтский бард-сказитель, играющий на арфе. Банфилид – филид-женщина.