The Paradise War by Stephen Lawhead. Рассказ ведется от лица современного юноши, попавшего в прошлое. Дочери Ската, мудрость которых не уступала красоте, окружали нас заботой и вниманием. Какое это было удовольствие принадлежать к их блистательной компании. Долгие дни, проводимые в зале(1), были заполнены чудесным времяпрепровождением. Гвенллиан научила меня немного играть на арфе, я провел много счастливых дней, рисуя на восковых дощечках с Гован, но больше всего я любил играть в шахматы(2) с Гэвин. Что я могу сказать о дочерях Ската? Только то, что они мне казались красивее самого погожего летнего дня, грациознее самой гибкой лани, резвящейся в высокогорных лугах, пленительней тенистых зеленых долин Ски(3), что каждая была очаровательна, обворожительна, привлекательна и восхитительна. Гэвин с длинными льняными волосами, заплетенными, как и у ее матери, в дюжину косичек, концы которых украшали золотые колокольчики тонкой работы, издававшие при ходьбе чарующую мелодию. Ее гладкий, царственный лоб и тонкий прямой нос говорили о знатном происхождении; большой рот с изогнутыми в постоянной таинственной полуулыбке губами намекал на скрытую чувственность; в карих глазах таился смех, будто все, что возникало перед ее взором, существовало только для забавы. Вскоре я стал считать время, проведенное рядом с ней, склонившись над квадратной деревянной шахматной доской, разложенной прямо на коленях, подарком милосердного Создателя. Остроумная Гован с голубыми, наблюдательными глазами своей матери, окаймленными темными ресницами, обладала веселым нравом. У нее были рыжевато-коричневые волосы и кожа, смуглая, как потемневшее на солнце зерно; хорошо сложенное, сильное и выразительное тело - тело танцовщицы. В те дни, когда солнце освещало небо столько недолговечным сиянием, блеском, придающим всему вокруг еще больше великолепия в силу своей быстротечности, мы с Гован частенько совершали верховые прогулки вдоль берега у подножья замка. Свежий ветер обжигал щеки и забрызгивал плащи океанской пеной; лошади, поднимая фонтаны брызг, скакали сквозь прибой, кативший белые барашки по черной гальке. И мы мчались во весь опор, она - на серой кобыле, стремительной, как ныряющая за добычей чайка, я - на быстрой рыже-чалой лошади, перелетая через упавшие камни и выброшенные на берег обломки кораблей, до тех пор, пока не выбивались из сил. Бывало, мы ездили к дальнему краю бухты, где громадный каменный утес рухнул в море. Потом разворачивались и, с грохотом, неслись к противоположному мысу, спешивались и давали лошадям отдохнуть. От взмыленных боков животных на холодном воздухе поднимался пар, мы шли по гладким камням, а легкие горели от жесткого соленого воздуха. Я ощущал горячую кровь, бегущую по венам, ветер, холодящий кожу и легкую руку Гован в своей руке; я чувствовал себя полным сил от живительного прикосновении Дагды. Дагда, Добрый Бог, его еще называли Умелая Твердая Рука, за безграничный размах его созидательных сил и неугасимое стремление поддерживать жизнь во всем к чему он прикасался. Я узнал об этом загадочном кельтском божестве, как и о многих других богах этого пантеона, от Гвенллиан, которая была Филидой (4) или бардом. Гвенллиан очаровывала темно-рыжими волосами и сияющими изумрудными глазами, околдовывала молочной белизной кожи, алым румянцем на щеках и губами, как будто подкрашенными наперстянкой, грацией в каждом изгибе, от поворота шеи до округлости бедер. Каждый вечер Гвенллиан своими искусными пальчиками извлекала из арфы мерцающее волшебство и пела вечные песни Альбиона: о Ллире(5) и его несчастных детях, капризной Блодьюведд и ее вероломном предательстве, о Пуйлле и его возлюбленной Рианноне, прекрасной Арианроде и загадочном Матонви, о Бране Благословенном, Манавидане, Гвидионе, Придери, Дилане, Эпоне, Доне и о многих, многих других. (1) Основными частями валлийского «дворца» являлись зал и покои (здесь и далее примечания переводчика). (2) Упоминаемая автором валлийская игра gwyddbwyll, не вполне соответствует классическим шахматам, в настоящее время ее правила и внешний вид реконструируются. (3) Острова Ски, где в чудесной Стране Теней жила могучая женщина-воительница по имени Скатах, обучавшая юных героев удивительным боевым приемам. (4) Филиды - сословие поэтов, певцов, музыкантов, являющихся хранителями устной фольклорной и исторической традиции. Знатоки как исторических фактов (излагаемых, как правило, в виде саг или иных преданий "о старине"), так и различных песен, сказок, поучительных историй и т.д. Филиды являются хранителями знаний, в каком-то смысле, даже сакральных знаний. В отличие от обычных бардов они не занимаются произведениями, предназначенными исключительно для увеселения. (5) Далее перечисляются персонажи валлийского эпоса «Мабиногион» XI–XII вв.