Конкурс № 63

[Maravilla]

Павел, огромное спасибо за разбор! Это ну очень полезно!

У меня вопрос про перевод имени. Вы героиню называете Ниима - я правильно понимаю, что, вероятней всего, вы бы так и перевели ее имя, если бы переводили книгу? И почему Ниима, а не Нима?

[au+]

[au+]

Vabras indicated the scroll. “Two copies, by sundown. ”

В форуме справедливо замечено, что речь не о копировании свитка как такового, но из отрывка этого не видно. Формулировка наподобие «до захода солнца» несколько хуже ее альтернативы ниже, поскольку смещает акцент со срока на срочность. «Иначе все превратится в тыкву».

Вабрас указал на свиток:
- Два экземпляра, к закату.

Neema brushed her fingers over the gold wax, marked with five slashes. The emperor’s seal, pressed into the wax by his own hand. Imagine that.

Замечено, и опять же справедливо, что на печати, по всей видимости, изображены следы медвежьих когтей. Но даже если не знать про медведя, версии, где под slashes явно понимались типографские знаки препинания, пять косых черт, кажутся по меньшей мере странноватыми. Вариант ниже – намеренно не медвежий. Пытаемся избавиться от повторов, в том числе «собственноручности». И чуть притормозить с использованием восклицательных знаков в несобственно-прямой речи.

Ниима легонько погладила пальцами пять бороздок, вдавленных в золотой воск. Печать императора, поставленная им лично. Подумать только.

“I’d rather use my own brushes. New ones take a while to—”

Когда в английском один участник диалога перебивает другого (а такое вот тире указывает именно на это), фраза может быть разорвана где угодно, хоть на середине первого слова. В русском подобная резкость не принята, мы обычно оставляем синтаксически осмысленную конструкцию (здесь, впрочем, с оригиналом в этом отношении все в порядке, главное - не сделать хуже). Тональность слов Ниимы может быть разная, хотя ситуация вроде бы не подразумевает ни особой подобострастности, ни тем более грубости. Но желательно согласовать ее с ответом Вабраса – кратким, армейским. Что именно осталось непроизнесенным, мы точно не знаем, но бороться за универсальную формулу, которая покроет и «новым нужно размягчиться», и «к новым нужно привыкнуть», вряд ли необходимо.

- Я хотела бы использовать собственные кисти. Новым требуется время, чтобы…

“Fine. ” Vabras handed her a thumb-sized stick of ink, embossed with a feather design.

- Разрешаю. – Вабрас вручил ей небольшой брусок туши, украшенный рельефом в виде пера.

Про чернила, палочки и пальцы уже много говорилось, и пальцы у нас, к слову, есть чуть выше (правда, если это принципиально, их оттуда можно и убрать). Рисунок на бруске можно описывать по-разному, главное – не переусложнять. «Тиснение», на мой вкус, тяжеловато для восприятия, «перо» можно особо не разжевывать, дальше будет название туши. «Перо» или «перья» - не знаю, нет данных, делаем так, как лучше звучит. Если мы хотим, чтобы дальше Ниима вертела тушь в руках (например, у нас образовался избыток палок и пальцев), то не "вручил", а, скажем, "протянул".

[LyoSHICK]

Добрый день!
Вот и ИТОГИ 63 конкурса (аудио-файл на Яндекс-Диске).

И спойлер:
Победители -
18 Anuksa
25 AuroraWhisper
89 vkusvill
могут написать Владимиру Игоревичу - v.bakanov@inbox.ru

[StasyP]

[Марья]

Что ж, выйти в десятку получилось, в победители нет. Капельку досадно, что в финальном разборе про мою работу (122) не прозвучало совершенно ничего.
В любом случае опыт полезный, спасибо судьям и позравления победителям!

[лимонные корочки]

Спасибо за все советы и комментарии! Поздравления победителям!

[au+]

Ну а мы тем временем продолжим наш разбор, не так много и осталось. Спасибо Владимиру Игоревичу за высокую оценку моих трудов, но на самом деле попросту вышло так, что у меня оказалось незапланированное свободное время. На то, чтобы задать новый стандарт судейства, ни я не претендую, ни вы не рассчитывайте. Просто судейство требует рефлексии и оставляет в голове множество всяких мыслей, которые вскоре благополучно забудутся, если ими сразу не поделиться. Ну вот, для этого выдался случай.

She turned the stick in her fingers, admiring its exceptional quality and depth of colour, the intense black base softened with hints of indigo. Raven’s Wing ink. Produced on the Dragon island of Helia and reserved for the highest imperial proclamations. Coronations, abdications. Executions.

Она повертела брусок в руках. Тушь исключительного качества, насыщенную черную основу чуть смягчает синеватый отлив. «Вороново крыло». Такую изготавливают у Драконов на острове Хелия, используется же она лишь для высочайших имперских манифестов. При коронациях, отречениях. Или публичных казнях.

В начале абзаца я действую более-менее в русле своих прежних рассуждений, особых комментариев оно вряд ли требует. Конец же его – еще одна фабрика штрафных очков, причем не сказать чтобы очевидная. Разберем чуть подробней.

Довольно стандартная формула во многих переводах – «на драконьем острове Хелия». Проблема в том, что с ходу непонятно, Хелия – это и.п. или же р.п. от «Хелий» м.р. Скажем, рядом с Орруном есть Хелий, а там – драконий остров. Читатель ненадолго подвисает. Или, скажем, «на Гелии, острове Драконов». Проблема ровно та же – остров зовется Гелия или Гелий? Слово русского языка «гелий» в обоих случаях ничуть не помогает, скорее провоцирует ложный паттерн. Кто-то, не знаю уж насколько сознательно, писал «Хелиа», но нет, это не по-русски. Мой вариант тоже не сказать чтобы категорически исключал ложное прочтение, но вроде как от него уводит, я воспользовался знанием того, что Дракон – одно из тотемных животных. Будем надеяться, что формулировка «у Драконов» корректна.

Далеко не всем удались imperial proclamations. Заметим, что у автора они «имперские», не «императорские». И то верно – если речь о коронации, как в первом же примере, никакого императора на тот момент попросту нет. Далее, в большинстве переводов значатся «указы», но так ли это слово подходит к тем же коронациям? По-моему, «манифесты» сюда прямо-таки просятся – но не «провозглашения», которые тоже кто-то пробовал.

Вторая с ними проблема – в часто встречавшемся перечислении «…указов. Коронаций, отречений. Казней». Все слова в одинаковой форме, между ними похожая разбивка, причем преимущественно из точек, и их очень легко прочитать как единое перечисление. Читатель снова подвисает, и так это оставлять не стоит.

Я чуть растянул «казни», поскольку трудно поверить, будто повешение какого-нибудь приграничного разбойника по своей важности соответствует коронации.

[Паровоз]

Так а где можно посмотреть остальные места в десятке?

[TolMacho]

[TolMacho]

Чапаев, кони.
Кто я в этом потоке?
Бабочка знает...

[au+]

Vabras had picked up the first page of Neema’s proofs. He read a few lines. “Ketuan folk tales. ”

Один из интересных моментов. «Вабрас взял…», и в этот миг у судьи зажигается красная лампочка. Если следовать линейной логике изложения, Вабрас выдал Нииме тушь, та вертит ее в руках, восхищается, вспоминает название и где такая применяется – коронации, отречения, ах да, казни еще. А резкий и деловитый Вабрас, который слова-то лишнего не скажет, все это время ждет, пока у нее прояснится в голове, прежде чем подхватить страничку? Что-то в нашей картинке не так. Если хоть чуть-чуть присмотреться к тексту, то видно, что автор обо всем позаботилась, действие Вабраса – не в простом прошедшем, как большая часть изложения, но в перфекте! Пока Ниима собиралась с мыслями, Вабрас уже взял страницу.

Одна из бед переводчиков с английского на русский – то, что они не всегда обращают внимания на перфекты, у русского языка сложные отношения с этим инструментом, как, скажем, и с артиклями. Иногда это приводит к смысловым ошибкам. Конкретно здесь и картинка, и английская грамматика буквально требуют что-то сделать в тексте на этот счет, переводчики, сумевшие перед этим требованием устоять, пожалуй что туговаты на ухо, им нужно разрабатывать слух.

Вабрас тем временем взял со стола первую страницу корректуры, пробежал глазами:
- Кетуанские народные сказки…

Если в вашем переводе обнаруживается что-то вроде «страницу корректуры рукописи Ниимы», с этой цепочкой р.п. однозначно нужно что-то делать. Например, вообще удалить то, что и так понятно. Про несколько строчек уже писалось. Ряд переводчиков попытались расшифровать определение – «сказки Кетуа» или «Кетуана». В данном случае риск не оправдался: страницей ниже в превью значится Ketu. В русском это слово предположительно с заглавной, но в переводе (я сейчас про сноску) определение – с маленькой, разумеется, как в «перуанские». Владимир Игоревич совершенно справедливо рекомендует к этой реплике интонационную паузу, хотя авторская точка и отрывистый стиль Вабраса очень многим помешали.

[au+]

Neema waited for the usual comments. You’re a historian, how is this history? They're just stories for children. Ephemera. What are you doing, wasting your time on such worthless crap? (That final comment scrawled across the proofs themselves, by Neema’s head of department. A dispiriting moment.)

Не все справились с оформлением комментариев, хотя самое простое решение – забрать все сразу в кавычки – представляется и самым верным. Нередкое в переводах с английского столкновение history и story, здесь, по счастью, легко обходится. Почему-то эфемеру часто переводили «макулатурой» - странно и по хронотопу, и по смыслу. Любопытная засада: если у конкурсанта Вабрас и начальник обращаются к Нииме по-разному в смысле «ты/вы», возникает нестыковка в последнем комментарии – изначально подразумевается, что он мог прозвучать от Вабраса, но потом оказывается, что принадлежит начальнику. Простое, но как бы не единственное решение в подобной ситуации – изгнать оттуда обращение, в противном случае следовал штраф.

Понятно, что scrawled в переводе также требует пренебрежительного оттенка, но «нацарапать» что-то в мире, где для письма используют кисти, нелегко. «Накорябать» - чуть лучше, но грубовато (и у многих почему-то «накарябать»). Наконец, dispiriting moment почти наверняка относится не к поступку начальника, как в очень многих переводах, но к присутствию этого комментария на листке у Вабраса в руках.

Ниима ожидала обычных комментариев. «Вы же историк, при чем тут история? Это просто детские побасенки, однодневки. Чего ради тратить время на бессмысленную чепуху?» (Последнюю фразу начальник Ниимы умудрился небрежно вывести прямо поперек первой страницы. Вот ведь некстати!)

“This is thorough, ” Vabras said.

Выбор для реплик богатый, главное – не переусложнять, Вабрас по-прежнему довольно лаконичен.

- Основательно, - заметил Вабрас.