Конкурс № 63

[au+]

evil_dummy, как минимум в том, что рассказчик здесь - Ворон, вы, на мой взгляд, ошибаетесь. Ворон кончается там, где восьмерки. Разделение текста на секции - совершенно стандартный прием для смены PoV. Там даже время поменялось, если вы не обратили внимания.

Ну и я не до конца понимаю большую часть ваших претензий. Если к финалистам - ну, они такие, какие есть, предъявите более качественный с вашей точки зрения перевод, не дошедший до финала, может, кого-то он заинтересует. Если ко мне, то вам придется показать пальцем, где именно я в своей версии, что называется, "рассказываю, а не показываю". "Приосанилась" - извините, я там объяснял смысл жеста, а не утверждал, что это правильный перевод, до него мы еще не дошли, вы чуть поторопились. Наконец, у меня совершенно нет цели предъявить общественности единственно верный перевод всего отрывка, да такого и не существует. Я пытаюсь в первую очередь разобрать приемы и подробности, которые не все могли уловить, указать на типичные ошибки и шероховатости и, наконец, в числе прочего предложить варианты перевода, которые мало кто из конкурсантов заметил. Кому этого не надо, тот может и не читать.

Не поймите превратно, у вас есть право на собственное мнение, мало того, значительная часть ваших мыслей сама по себе если и не стопроцентно справедлива, то как минимум заслуживает внимания. Но дискутировать с вами все равно отчего-то не хочется, извините. Я лучше худо-бедно доразберу уж, как умею.

[Марья]

На самом деле любопытно, что никто ничего не пишет про конкретные работы. И вообще все затихли после объявления списка финалистов. Столько работ было представлено, а обсуждают человек десять.

[au+]

The door opened to reveal High Commander Hol Vabras. The second most powerful man in Orrun.

Очередная дверь, и снова от нее мало шансов избавиться. Хуже всего, что она снова в начале предложения. Утешаемся тем, что прежде был предлог и падеж другой. Можно поиграть с «за открывшейся дверью», но мне не очень нравится, исчезает важное действие.

Звание Хола Вабраса, в отличие от Ниимы, вполне может писаться и с заглавной, но это можно решить лишь в ходе работы над полным текстом (в ознакомительном фрагменте, к слову, есть еще как минимум High Engineer, но это еще не ответ на вопрос), капитализация здесь не влияла на судейство. «Командующий», «главнокомандующий», «верховный командующий». Гениальных идей я не видел, «командоров» не рекомендовал и не рекомендую, «верховный главнокомандующий» представляется определенным перебором, нам это звание еще потом повторять. Но окончательный ответ даст лишь полный текст.

Многие объединяли эти два предложения в одно. В принципе можно, но я бы не стал. Первое предложение – то, что Ниима видит, второе – то, что подумала, увидев. Лучше бы не смешивать.

Сформулировать эту ее мысль тоже можно по-разному, но чем проще, тем лучше. По-моему, в одном из переводов она вынесена в отдельный абзац и снабжена восклицательным знаком. Абзац, наверное, лишний, но, что называется, ход вашей мысли мне нравится.

Дверь открылась, за ней обнаружился главнокомандующий Хол Вабрас. Второй человек в Орруне!

“Neema Kraa. ”
“Yes. ”

Чешутся руки вставить вопросительный знак, но к портрету Вабраса лучше всего подходит именно утверждение. Он уже в курсе всего и не особо ждет ответа. Ответ Ниимы тоже как можно более простой, она все вышесказанное понимает – кроме цели визита.

- Ниима Краа.
- Это я.

“I’m told you have the best hand on the island. ”

В принципе даже «рука» не так плохо, хотя в английском чуть более чем в русском очевидно, что речь о почерке, а дальнейшее подразумевает уже скорее каллиграфию. Можно чуть довернуть в отношении темы-ремы, дело ведь не в острове, а в лучшем почерке из имеющихся в наличии. Ну и армейский оборот предпочтительней.

- Мне доложили, что на острове у вас лучший почерк.

Neema lay an arm along the back of her chair. “That’s right. ”

Так. «Приосанились» мне вроде как использовать не велено, но дело не в том. Одна из немногих неясностей фрагмента – встала ли Ниима навстречу Вабрасу. Я склоняюсь к тому, что она сидит, про вставание нет ни слова, мало того, следующее движение Ниимы уже за пределами фрагмента – откинуться на спинку стула («кресло» я бы не советовал). Или этикет не требует, или в комнате вообще места нет. Сидя приосаниться не так легко. Что у нас остается? Не слишком естественный в русском языке жест. Кто-то добавил к нему пояснение наподобие «небрежно», но нет, это не мое любимое решение, попробуем обойтись без него.

Чего я точно не рекомендую, это повторять «руку» в этом жесте и в реплике Вабраса. Hand и arm в английском ну совсем не одно и то же. Но если попытаться избавиться от «руки», мы, кажется, нащупали один из вариантов.

Наконец, ответ Ниимы опять же лучше никак специально не окрашивать.

Ниима облокотилась на спинку стула:
- Это так.

[Sherwood]

[Марья]

[quote="Sherwood"][/quote]
Ребят, ну хорош. Пишите хотя бы комменты сами, пожалуйста, хватит того, что вы с ИИ переводите [/quote]

Вот, кстати, насчёт перевода с ИИ, это конкретное обвинение "участник ХХ перевел с ИИ и вот почему" или современный аналог обвинения в нетрадиционной ориентации?

[au+]

То, что оба ответа Ниимы в предыдущем посте начинаются с "Это", можно считать огрехами, условно говоря, первого чистовика. Еще одна иллюстрация того, что мой вариант на полное совершенство не претендует.

[TolMacho]

Марья, проверьте настройки под полем поста. Уберите лишние флажки и у вас тоже будут красивые цитаты.

[Tiok]

[Марья]

[Марья]

[Tiok]

[Марья]

Neema opened The Laws of Orrun VolumeXII with the ribbon. Page ninety-seven: the formal words for an Imperial Order of Exile and its design. The precise measurements for the paper.

Выглядит будто там был готовый образец)

[au+]

Vabras stepped back outside, giving the two guards he’d brought with him the space to squeeze through. They set to work, clearing Neema’s desk before laying out fresh paper and brushes, an inkstone, a scroll sealed with gold wax, and a copy of The Laws of Orrun Volume XII, marked with a blue ribbon. In ten seconds they were done, and Vabras was back.

Занятный пассаж, на котором у меня почти всегда начинал зашкаливать счетчик штрафных очков, так что к его концу я мог забыть начислить одно-два. Правда, хорошие переводы и призовые очки тут тоже собирали в изобилии. При этом основные ошибки и решения мы либо успели непосредственно разобрать раньше, либо они уже примерно ясны из предыдущей логики. Выбор между, условно, стражами и гвардейцами внутри фрагмента непринципиален. Многие спотыкались на том, как оформить «Законы Орруна», но я в любом случае не рекомендовал бы оставлять римские цифры. Это и у автора так себе решение, в русском же переводе латиница будет выпирать дополнительно.

Значит, есть время присмотреться к inkstone. Это вполне конкретный предмет нашей с вами реальности из обихода восточной каллиграфии, о которой тут и речь. Правильных переводов формально два: «тушечница» и «чернильный камень». Переводя сам, я бы без особых колебаний избрал первый вариант. Наш средний читатель с этой самой каллиграфией вряд ли очень знаком, «тушечница» сразу сигналит нечто необычное, но сама этимология слова в сочетании с контекстом (бумага и кисти) дает нужную подсказку – что-то вроде чернильницы. Этого пока достаточно, дальше станет ясней. «Чернильный камень», напротив, вызывает в воображении комок сухих чернил, его потом придется оттуда изгонять, а как? И дальше ведь начнут наматываться друг на дружку новые камни и новые чернила, да еще и черные притом, со словом «тушь» все решается куда легче, но вводить эту «тушь» дополнительно к «чернилам» тоже так себе решение. При всем при этом использование «чернильного камня» конкретно здесь не каралось, но повод для кар в этом случае чаще всего наступал поздней. Также не каралась сноска на «тушечницу», но и это решение так себе: (1) оригинал явно использует сноски в художественных целях, мы же начинаем мешать их с информационными, и (2) я вообще не люблю сноски в фэнтези, там выдуманный мир, а переводчик начинает объяснять его через наш, руша все погружение.

Вабрас отступил на шаг, мимо него протиснулись двое стражников. Они не мешкая освободили место на письменном столе, чтобы разложить там бумагу, кисти, тушечницу, свиток с печатью из золотого воска и заложенный синей лентой двенадцатый том «Законов Орруна». Закончили в два счета, и Вабрас прошел внутрь.

Примерно так, хотя пространство выбора для конкретных решений довольно обширное. Что-то я заимствовал у конкурсантов. «Разложить тушечницу» неидеально, но мы сделаем себе скидку на то, что автор тоже попыталась спрятать ее среди прочих объектов, годных для раскладывания, переписывать же все целиком в рамках наших упражнений нет особого смысла. Сложноподчиненность внесена, поскольку тут и так сплошные перечисления.

[au+]

(И мы снова отмечаем для себя, что разложить/заложенный в окончательном чистовике придется как-то править.)

[au+]

Neema stared at the drab, grey-green inkstone. “Is that—”
“The Stone of Peace, ” Vabras confirmed.

«Чернильный камень» уже начинает свое разрушительное воздействие. «Тусклый серо-зеленый чернильный» - очень неприятная цепочка определений, фактически четыре, причем все со смысловым оттенком цветовосприятия. Оставившим в конце первой строки тире нужно углублять знакомство с обоими языками. Наиболее естественным образом реплика Ниимы обрывается/продолжается словом «это», делаем для себя очередную заметку насчет повторов, второй ответ Ниимы выше точно надо менять.

Перевод глаголов здесь возможен самый разный, от буквалистского («уставилась», «подтвердил») до творческого («не могла оторвать взгляда», «кивнул»). Попробуем особо не расцвечивать, особо не пересушивать.

Ниима изумленно уставилась на невзрачную серо-зеленую тушечницу.
- Неужели это…
- Камень Мира, - подтвердил Вабрас.

«Камень Мира» почти наверняка с двух заглавных, но выбор капитализаций и переводов реалий здесь и в следующем пассаже особенно не преследовался, нет достаточной информации. На определенные мысли наводит двойная капитализация Dolrun Riverstone оригинала и окружающий контекст. Я бы заподозрил, что этот очередной камень существовал в единственном экземпляре, был расколот, ну и вот один из его осколков оказался в распоряжении императрицы, но прямых доказательств тому не видно.

The inkstone Empress Yasthala had used to write the Five Rules, carved by her own hand from a rare piece of Dolrun Riverstone.

Тушечница, которую императрица Ястхала собственноручно вырезала из осколка долрунского Речного камня, чтобы записать «Пять заповедей».

Оригинальную структуру лучше не сохранять, результат получается более громоздкий. Часто встречались вариации на тему «записать им/ей», особенно у тех, кто выбрал «чернильный камень». «Начертать» - красиво, хотя слегка не в тему, кистями не чертят.

Neema ransacked her brain, trying to think of a more priceless artefact, and came up blank.

Здесь тоже было много громоздких и неудачных версий, хотя требуется комбинация восхищения с легкой самоиронией. Желательно что-то сделать со странным авторским «более бесценный», это и так вполне превосходная степень. Моя версия в очередной раз далеко не единственная из возможных и необязательно лучшая.

Более драгоценной реликвии Ниима в закоулках памяти отыскать так и не сумела.